Военные письма треугольники — единственное, что связывало солдат с их родными во время Второй мировой войны. Они не расскажут о причинах и последствиях войны, о подписанных договорах, не заменят учебник по истории. Они расскажут о людях, настоящих, со своими историями, трагедиями и переживаниями, людях, которые привыкли начинать свои письма с фразы «Я жив, здоров, чего и вам желаю».
Не все письма с фронта дошли до своих адресатов. Тысячи из них нацисты вывезли за пределы Украины, часть — сохранилась до наших дней. Так, например, Австрия в 2009 году передала в Мемориальный комплекс Национального музея истории Украины во Второй мировой войне коллекцию писем с 1941 года. Сейчас ученые Мемориала в рамках проекта «Непрочитанные письма 1941-го» пытаются найти адресатов, их родственников или знакомых. Таким образом вручили уже почти 700 писем.
Фронтовые письма — это ценный материал для историков и тех, кто интересуется прошлым. Ведь прочитав их можно понять весь масштаб трагедии на примерах, узнать, что чувствовали солдаты и простые жители, о чем они думали и чего хотели. Какой эта война была для них? Попробуем узнать из отрывков архивных писем. Цитаты подаем без исправлений.
Уже с самого начала солдаты советской армии предполагали, что война может затянуться надолго.
«Не могу представить, что оно делается, как видно придется тебе жить плохо … Дело завязалось не на год. Не падай духом»
Никифор Курченко, 6 июля 1941 г.
«…Это война затянется года на два, или больше»
В. Елистратов, 1941 г.
В своих письмах солдаты и обычные жители часто описывали бомбардировки, обстрелы, опустошенные города и поражения советской армии. Все то, что стало их новой реальностю в 1941.
«….Налетело 11 самолетов, бомбили город, много домов разрушено, есть убитые и раненые среди населения. На улице было жудко: крики, стоны раненых»
П. С. Мельник, 1941 г.
«На границе, мы как отступали, и как заскочили в один состав и переоделись, а состав затем подожгли, чтобы немцам не дать в руки»
М. Андреев, 1941 г.
«09.07.1941. Я сейчас еду с фронта, едва выскочил из-под снарядов и бомб. Надеюсь скоро буду дома, если буду жив и здоров. Наши ребята полегли как трава, а я чудом остался жив… Целую крепко тебя, Леночка, и дочь Фрося…»
И. В. Воронюк, 9 июля 1941 г.
«…13.07.1941 г.. … Наш эшелон разбили еще под Шепетовкой … потом мы добирались с фронта к Белой Церкви. Нас ехало 10 подвод… и налетел немецкий самолет… сбросил 6 бомб… возле меня разорвалось 2 бомбы… больше ничего писать не буду, потому что очень большая тоска… Леночка, присматривай за дочерью. Ничего не хочу, только бы еще раз увидеть тебя и маленькую Фросю…»
И. В. Воронюк, 13 июля 1941г.
«Вы не слышали звук от взрыва такой бомбы. А в воронку… можно вложить 2-3 наших дома»
А. Безручко об обороне Киева, 1941 г.
Несмотря на не слишком удачное начало войны, солдаты советской армии сохраняли возвышенный дух и верили в победу. О чем и писали своим родным.
«Мы дадим жару врагу, который он сует свое рыло на нашу Родину»
А. Дедусь, 1941 г.
«Мы все уверены, что Гитлер и его банда будут уничтожены в ближайшем будущем…»
красноармеец И. Шведенко, 1941 г.
«…мы все уверены Гитлер будет разбит, так как он терпит поражение на всех фронтах… В общем… победа будет за нами»
В. Устиненко, 1941
Вместе с тем солдаты понимали, что могут больше никогда не встретиться с родными, поэтому пытались дать им свои последние наставления, рассказать о своих чувствах, сказать то, чего раньше не говорили.
«У меня есть для вас просьба беречь свое здоровье, смотреть друг за другом и меньше болеть и беспокоиться за нас, так как у нас все в порядке!»
И. Шведенко, 1941 г.
«…у меня просьба к Вам, чтобы Вы не сокрушались за мной, здесь же я не один, а нас много. Серьезно, я вернусь домой живой и здоровый!»
М. Андреев, 1941 г.
«Прости, сынок, что я тебе ласки койколы не давал. Я далеко от тебя и не увижу тебя никогда»
Письмо от отца к Давыдова Анатолия, 1941 г.
«Хотел увидеть свою Катю хоть одни раз перед смертью, а также взрослого сына Ванечку, а также мою баловничку Люсенька. Старайся учиться изо всех сил — это письмо мой последний…»
А. Терещенко, 1941 г.
В Мемориального комплекса Музея истории Украины во Второй мировой также коллекция предсмертных писем и записок.
«Извещение такого. Я Иван Пимонович. Можно считать в живых нет, убит под Киевом в 41 г. Во время наступления»
Предсмертная записка И. Пимонович, 1941 г.
Все эти письма находятся в главной коллекции Мемориального комплекса Музея.
В 1943 году во время освобождения территорий Украины в письмах много пишут о жестокости гитлеровцев.
«Мама, вы если бы знали, как нас ласково встречают мирные жители освобожденных районов. Со слезами на глазах выходят к нам, рассказывают, что делал им немец. Прекрасные их украинские дома он сжег и разрушил. Убил скот, угнал с собой… Тут, где я прохожу, почти нет такой деревни, чтобы была цела»
М. А. Васечка, 23 сентября 1943 г.
«Вы если бы знали, что он, гад, делал по ту сторону Днепра – ужас! Он все сжег и разрушил, побил скот и угнал много людей»
М. А. Васечка, декабрь 1943 г.
«Пишу Вам из далекого украинского поселка. Вокруг нас большой сосновый лес. Жители сожженных немцами поселков встречали хлебом и солью… Даже бывалые солдаты не могли сдержать слез»
Г. Рослик, 1943 г.
Для утомленных войной солдат лучшим подарком были письма от родных, все ждали их с большим нетерпением.
«Я как получил письмо от вас и стал читать, то стало мне и радостно, и досадно… за два года получить письмо с родины, а то был как в лесу диком»
А. А. Пилипенко, ноябрь 1943 г.
«Вы, наверное, не представляете той радости, которая была для меня тогда, когда я впервые за такое большое время увидел конверт из родного дома, на котором был знакомый почерк отцовской руки. Я никогда еще не испытывал такой радости, как сегодня. Со стороны, может быть, было смешно смотреть, как я, глядя на письмо, улыбался и делал какое-то быстрое движение, подобно малому ребенку»
М. А. Васечко, 1 декабря 1943 г.
«Мамаша, прошу вас в Надином письме пропишите хоть пяток слов своей рукой кое о чем, пусть я, читая эти простые слова, почувствую и вновь припомню материнскую ласку. Пропишите. Мама, интересно, какие вы сейчас с папашей. Неужели старики? Нет, вы, наверное, еще молодые»
М. А. Васечко, 1 декабря 1943 г.
«Надя, я попрошу тебя одно (только по серьезному). Опиши, как себя чувствуют папа и мама. Какие они на вид. Такие как и были? Старые? Седые? Или еще какие? Очень прошу»
М. А. Васечко, 12 февраля 1943 г.
Эти письма вошли в сборник «Жди меня, и я вернусь, только очень жди» Анны Морозовой.
В 1944-1945 годах солдаты в своих письмах все больше расспрашивали о здоровье родных, тосковали по мирной жизнью и все меньше вспоминали о боевых действиях.
«Получаю письма от Любы. Сын уже прыгает. Так, Дорогие живется без меня тяжело…… Получаю письма от мамы. Мама живет по-старому. Я ей выслал справку и 300 руб»
П. Ф. Гавриловский, 1944 г.
«Фаня, когда мне выпала судьба, которой солдат смотрит в глаза, мое завещание и просьбы тебе: первое — дай образование Раюси, ну, понятно, и Тамиле; второе — посети с детьми после войны мою могилу один раз; третье — сохрани для детей мой образ (фото) четвертое — береги в сердце обо мне память, как о верном товарище жизни»
Г. Кузьмич в своей предсмертной записке, 1944 г.
«В Берлин десятки километров. Приближается время, когда мы там поставим флаг победы»
лейтенант Ф. Луговиця, 1945 г.
«…Весной этого года открывает новую эпоху, эпоху мира. Но что даст этот мир? Даст ли он покой, долгожданную, многообещаную «зажиточную» жизнь?»
М. Хоменко в своем дневнике, 15 марта 1945 г.
Читайте также: