Мама Майи Кремезной погибла у нее на глазах рядом с их домом. За 7 лет 14-летняя девочка перенесла несколько операций, но теряет слух и до сих пор страдает от пережитого.
Об этом Свободному радио рассказывает бабушка девочки и мать погибшей Марина Кремезная. Ее 25-летняя дочь, которую тоже звали Мариной, погибла 13 февраля 2015 года. Без мамы остались две девочки, Майя и Виктория, о которых с тех пор заботится бабушка.
“После того обстрела у Майи проблемы и с желудком, и с нервами, и со спиной – со всем. Самое страшное, что она почему-то стала худеть: сейчас она весит на 3 кг меньше, чем два года назад. Причины не знаю! Из позвонка удаляли осколок… От взрыва у нее разорвалась барабанная перепонка. И у нее неврит слухового нерва и здорового уха (т.е. второе ухо тоже нездорово). В ЛОР-институте сказали, что неврит слухового нерва не лечится, и она теряет слух», – говорит бабушка девочки.
13 февраля 2015 российско-оккупационные войска обстреляли из реактивных установок «Смерч» восточную окраину Бахмута — микрорайон «Заречный».
В тот момент Марина Кремезная-старшая была дома, мать и дочь жили в одном доме. 25-летняя Марина пошла со старшей Майей за младшей Викторией в детский сад. В этот момент и произошел обстрел. Марина погибла на месте.
“Я только пришла с работы. Они вместе вышли в садик, на часах было где-то 16:20. Сосед выскочил и говорит: «У вас там дочь погибла». Внучка сидела рядом (с погибшей мамой, — ред.), у нее была нога переломана, рука, ранение в спину. Толстый слой курточки и штанов спасли ее, если бы не это, она, наверное, и не ходила бі», — вспоминает тот страшный день Марина Кремезная.
Женщина с девочками продолжают жить в том доме до сих пор, только уже без Марины-младшей. Женщина стала опекуном своим осиротевшим внучкам.
Сейчас старшей Майе уже 14 лет, она учится в 9 классе, а сестричка Виктория — в 6 классе. Обе дочери погибшей имеют статус пострадавших в зоне АТО/ООС, у Майи из-за серьезных ранений инвалидность.
“Она ходит, хотя с ногой немного проблема, парапарез не заметен (частичное нарушение функций обеих рук или ног после повреждения сегментов спинного мозга, – ред.) В сентябре прошлого года второй раз Майе делали операцию на ухе – мирингопластику (восстановление целостности барабанной перепонки, — ред.) Первая операция в 2019-м прошла неудачно. Сейчас нужно снова ехать проверять результат. Мне кажется, что она так и не слышит ухом», — говорит женщина.
Сейчас Майя Кремезная в санатории. Бабушка считает, что девочка до сих пор переживает тот страшный стресс, испытанный во время обстрела.
“Это могут быть последствия психологической травмы, психолог в Славянске говорил. Может, она в себе держит это — не знаю. Потому что все это стрессы. Сейчас вроде бы нет истерии, но если сейчас нет, потом будет”, — говорит бабушка девочки, профессиональная медсестра.
Девочкам все эти годы помогает волонтер Ксюша Киевская.
“Она (Лазебник Оксана Петровна) возит детей и за границу на отдых. В прошлом году летом были в Хорватии, в Карпатах. В предыдущие годы возила в Египет, в Турцию. И вещи присылает, и была материальная помощь один год, помогла с операцией», — рассказывает жительница микрорайона «Заречный».
Пережившие обстрел люди боятся и таких вещей, как гроза и салют. Марина Кремезная считает, что фейерверки стоит запретить.
“Майя очень боялась грозы, это только сейчас год или два она перестала. Салюты — она каждый раз вздрагивает, хотя ей и интересно посмотреть, и сейчас их будто разрешили… Все равно, она трясется… Салют в Соледаре был на День шахтера — слышно было сюда. Неприятно, конечно, и все время ассоциации», — говорит мать погибшей при обстреле.
Переживает и сама бабушка, Марина Кремезная, оттого, что все это может повториться с новой силой.
«После этого — страшно, и когда у Попасной бывало, и сейчас даже иногда слышно… У меня трясутся поджилки, как говорится», — признается женщина.
Залпы также попали в район школы № 4 и детского сада № 4 — взрывная волна выбила стекла, а следы от обстрела до сих пор видны на школьном заборе. Но самое страшное, что у сада погиб и 7-летний мальчик Егор Молодецкий.
Марина Кремезная отмечает: об этой трагедии знают даже не все бахмутчане.
“Даже у нас в городе не все знают! Говорят: А когда это было? А где?” – говорит она.
Когда на следующий день после обстрела «Заречного» Марину Кремезную хоронили на Мариупольском кладбище, российские гибридные силы обстреляли уже другую, южную окраину города. 14 февраля под обстрел попал поселок Опытное, что на выезде из города в направлении Зайцево, Майорского и оккупированной Горловки.
“14-го числа, помню, мы ехали Марину хоронить. А там тоже обстрел был на Опытном, там никто не погиб. Были взрывы, слышно было», — вспоминает мама погибшей.
А вот Кремезным, вместо того чтобы радоваться зиме, Дню Святого Валентина, каждый февраль приходится переживать свое горе снова и снова.
“Каждый год это… Только недавно телевидение было, спрашивали об инвалидности… Если бы это что-то изменило… Чтобы война закончилась. То реквием, то телевидение, ну и что-то меняется? Только больше и больше…», – говорит женщина.
Каждый год 13 февраля люди собираются во дворе школы №4. Здесь установили памятный знак, и к нему на митинг-реквием приходят жители микрорайона, военные и местные власти.
Читайте также: