С началом полномасштабной войны судьба высших учебных заведений в Бахмуте изменилась коренным образом: они должны были искать убежища в безопасных регионах, а преподаватели и студенты — эвакуироваться. Как сейчас проходит обучение, сколько новых студентов удалось набрать и насколько пострадали учебные корпуса и общежития вузов читайте дальше.
Накануне открытого вторжения в Бахмуте работали три вуза: Горловский институт иностранных языков, переехавший из оккупированной Горловки в 2015 году, Учебно-научный профессионально-педагогический институт Украинской инженерно-педагогической академии и Финансово-правовой колледж ДонУЭП – частное учреждение высшего образования.
Нам удалось узнать, как сейчас работают два из этих вузов. На контакты, которые указали на своем сайте ДонУЭП, нам не ответили.
Для Горловского института иностранных языков эвакуация после полномасштабного вторжения России стала второй за 8 лет. В 2015 институт вместе с преподавателями и студентами переехал в Бахмут. Но тогда некоторые преподаватели остались в Горловке и продолжили работу в структуре, подконтрольной оккупантам. Они до сих пор используют то же название вуза, но к ГИИЯ не имеют отношения — как и к украинской аккредитации.
С началом полномасштабной войны институт снова должен был эвакуироваться. Как рассказывает журналистам Вильного радио директор ГИИЯ Евгения Белицкая, из Бахмута институт уехал в начале апреля.
Евгения Белицкая. Фото: Facebook/Yevgeniya Belitska
“Для меня лично открытое вторжение России стало не просто шоком, это был какой-то катарсис: я чувствовала, что что-то произойдет, но не думала, что это будет так жестоко. Мы знали, что рано или поздно нам придется выйти из Бахмута, поскольку Бахмут — это 30 километров от оккупированной Горловки. Окончательное решение было принято в конце марта, когда был подписан приказ вместе с Донбасским государственным педагогическим университетом эвакуироваться в город Днепр. А именно физически мы переместились 6 апреля”, — рассказывает Евгения Белицкая.
«Мы переехали в чистое поле». Интервью с директором института-переселенца Евгенией Белитской
Третьекурсник Николай Ролич вспоминает: открытое нападение России стало неожиданностью для всех — даже несмотря на то, что эта тема тревожила и студентов, и преподавателей.
Николай Ролич. Фото из архива Николая Ролича
“Были слухи, но каких-то официальных сообщений именно через администрацию института, местную администрацию такого ничего не было. Поэтому 24 февраля я проснулся утром идти на пару, открываю телефон, а там [открытая] война началась”, — говорит парень.
Кроме персонала и студентов, в первую очередь из Бахмута вывезли документы, содержащие любую личную информацию, говорит директор вуза. Также эвакуировали оборудование.
Горловский институт иностранных языков обустраивается на новом месте. Фото: Вильне радио
Студентов из общежитий забирали автобусом, но таким образом вывезти смогли далеко не всех.
“Я сначала выехал из Бахмута в город Днепр, потом уже из Днепра позже я переселился в город Желтые Воды. Чтобы уехать, я нанимал перевозчика, то есть брал такси. Поэтому я уезжал своими силами и средствами”, – говорит Николай.
В настоящее время институт работает в Днепре. Но там разместилась только административная часть. Другие сотрудники разъехались по разным уголкам Украины, а некоторые уехали за границу.
Коридоры помещения, в котором разместился Горловский институт иностранных языков. Фото: Вильне радио
“Примерно 10 процентов преподавателей находятся в Днепре, вся администрация находится в Днепре: бухгалтерия, отдел кадров и все структурные подразделения. Преподаватели же буквально по всей Украине. Это и Полтавская, и Киевская область, и в Киеве много, и в западных регионах. Есть и те, кто уехал за границу. Наши преподаватели есть в Германии, Испании, Болгарии, Польше, конечно”, — рассказывает директор ГИИЯ.
Кое-кто остался на Донетчине.
“В моей группе 10 человек. Почти все одногруппники эвакуировались с Донетчины. Только одна одногруппница осталась, но там, где она живет, не столь мощные боевые действия. У нее очень плохо со связью, но это все, что я знаю”, – говорит Николай.
В Бахмуте прямо сейчас остаются несколько человек, которые работали в ГИИЯ и не захотели уезжать из опасного города.
“В Бахмуте остались единицы работников. Преподавателей нет, сотрудников (лаборантов, секретарей и т.д., — ред.) нет. Остались работники, которые были в рабочей группе (выполняли строительные и ремонтные работы в зданиях вуза, — ред.). В общем, немного людей. Они остались, потому что у них пожилые родители, которые не хотят ехать”, — объясняет директор.
Сначала таким работникам выплачивали зарплату, но затем институт приостановил с ними трудовые отношения, потому что они уже не могли выполнять свою работу. Но несмотря на это, отмечает директор ГИИМ, институт пытается присылать этим людям гуманитарные грузы.
Пока россияне не вторглись в Бахмут, вуз постепенно наращивал материально-техническую базу, ремонтировал аудитории и строил новые общежития. Одно из них было открыто несколько лет назад, а второе должны были закончить в апреле. Про все планы пришлось забыть.
“Наше общежитие, в которое было вложено более 30 млн гривен, было разрушено. Все. Там нет ничего. Многое не удалось вывезти из корпусов – это физически невозможно. Не удалось вывезти нашу библиотеку — большую библиотеку иностранной литературы. Но мы когда вернемся, я думаю, что она сохранится”, — надеется Евгения Белицкая.
Разрушенное российским снарядом общежитие Горловского института иностранных языков в Бахмуте. Фото: Вильне радио
Снова по гражданским. 11 мая в Бахмуте разрушили часть общежития ГИИЯ и окрестности (ФОТО, ВИДЕО)
Под обстрел оккупантов попало и второе общежитие института. Там до весны жили студенты, но их успели эвакуировать. Также значительные разрушения получил административный корпус ГИИЯ — летом оккупанты трижды попадали по нему во время обстрелов Бахмута. Вот как он выглядит сейчас.
Разрушенный админкорпус Горловского института иностранных языков в Бахмуте. Фото: Вильне радио
В настоящее время все занятия в институте проходят онлайн. Как говорит директор, подготовиться к этому помогла работа во время пандемии COVID-19.
“В 2018 году, когда еще не было речи о пандемии, мы выиграли грант от Европейского союза. Тогда одной из задач мы поставили себе развитие дистанционного обучения. Была необходимость обезопасить себя на случай «а вдруг что». И вот мы начали внедрять эту систему Moodle – бесплатную систему электронного обучения. Тогда же мы начали обучение преподавателей, сотрудников, как работать дистанционно, что можно делать на этой платформе. И когда случилась пандемия и все были обязаны учиться дистанционно, мы были готовы«, — говорит режиссер.
На этой платформе проводятся и занятия, и встречи с абитуриентами. Фото: Facebook/Горловский Иняз
Через два года студенты привыкли к дистанционному обучению, утверждает Николай. Но открытая война все же сказалась на учебном процессе.
“Не у всех есть связь, не всегда свет. Поэтому нет всегда возможности приобщиться к паре и вообще быть на связи. Нам очень помог опыт дистанционного обучения во время пандемии. У нас уже все, можно сказать, было готово. Пара проходит где и как преподаватель нам говорит, а на платформе Moodle преподают тесты и весь учебный материал”, – рассказывает студент.
Летняя сессия, по его словам, прошла в необычном формате: вместо экзаменов оценки студентам выставили на базе тех, что они заработали в течение года.
Кроме обучения, для студентов организовали еженедельные онлайн-мероприятия, где каждый нуждающийся в психологической помощи может ее получить.
“Еженедельно у нас проходят «теплые среды»: наша кафедра психологии собирает студентов, которые делятся тем, что у них наболело и получают психологическую поддержку от наших преподавателей-психологов”, — рассказывает Евгения Белицкая.
В этом году количество бакалавров, которых можно было взять на бюджет, Минобразование сократило для вуза вполовину. Но институт все же смог набрать даже больше студентов, чем ожидалось.
“Мы воспользовались этими условиями, взяли эти 50%, закрыли их на 100%, и еще запросили дополнительные места, поскольку желающих поступить к нам было больше, чем те бюджетные места, которые нам выделили.”, — утверждает директор.
Фото: Вильне радио
Магистров набирали по несколько упрощенной процедуре.
“Все поступающие, которые подавались на магистерский уровень и являлись нашими студентами бакалаврского уровня, могли поступить по рекомендациям. То есть ты учился, ты с оккупированных территорий или территорий, на которых проходят военные действия, ты желаешь поступить, подаешь документы — мы рекомендуем тебя и зачисляем. Мы набрали 105 магистров, для нас это значительная цифра”, — говорит Евгения Белицкая.
Сейчас же вуз сосредоточился на создании «цифрового института», где студенты могли бы учиться при любых обстоятельствах.
“Мы взялись за этот второй переезд как за возможность что-то изменить в институте. Мы сейчас разрабатываем, и серьезно разрабатываем, концепцию «электронного института». Также работаем с коллегами из Великобритании, чтобы перенести наш сайт в облачное хранилище. Поскольку он (сервер, — ред.) сейчас физически находится в Бахмуте, нет света — нет сайта — нет института. Когда полноценно будут введены облачные технологии, мы обезопасим себя от таких проблем, как отключение света. Сейчас есть очень и очень много работы”, — суммирует директор института.
В Донецкой области есть два подразделения Украинской инженерно-педагогической академии — в Бахмуте и Славянске. В Бахмуте институт имеет два учебных и лабораторных комплекса.
Как рассказывает руководитель УИПА Валерий Коломиец, после начала полномасштабного вторжения заведение эвакуировали в Харьков. Это сделали в конце апреля, согласно приказу Минобразования.
Валерий Коломиец. Фото из архива Валерия Коломийца
“Основное, что нам удалось вывезти, — документация, которая касалась учебного заведения (это и карточки студентов, и оригиналы документов). Компьютерную технику также вывезли ту, которая необходима для работы и бухгалтерии, и других отделов нашего института” – говорит Валерий Коломиец.
В корпусах на Донетчине осталось учебное оборудование и мебель. По признанию руководителя института, после победы они планируют вернуться в Бахмут и продолжить образовательный процесс. В настоящее время из зданий заведения пострадал только лабораторный корпус.
“Мне сложно оценить повреждения, это должны делать специалисты. Но мы уже сталкивались с такими вещами, когда 14-го года в городе Славянск наш корпус также испытал разрушения: были разрушены крыши, были прямые попадания в наш корпус. Но мы своими силами смогли его полностью восстановить и продолжить работу. Мы надеемся, что мы это сможем сделать и в Бахмуте.«, — говорит режиссер.
Несколько работников вуза остались в Бахмуте, еще несколько в соседних городах. Никто не уволился, однако работают не все.
“Преподавательский состав сохранен в полном объеме. Бухгалтерия также работает, не было перерывов в выплате зарплат или других выплат. Некоторые работники остались в Бахмуте. Они взяли отпуска за свой счет, потому что не могут выполнять свои обязанности дистанционно. Есть работники, живущие неподалеку от Бахмута, в населенных пунктах, где есть связь и они могут входить в систему дистанционного образования”, – говорит Валерий Коломиец.
Здание Украинской инженерно-педагогической академии в Бахмуте. Фото из открытых источников
Однако основная часть работников и студентов уехали. Эвакуированным предлагали жилье в Харькове, в общежитии академии. Сейчас там живут около 10 семей.
“Я часто бываю в Харькове, потому что работа этого требует. И останавливаюсь также в этом общежитии. Там есть и свет, и тепло. Нормальные условия”, — рассказывает руководитель заведения.
Большинство студентов и преподавателей УИПА остались в Украине. Некоторые уехали за пределы страны, но продолжают обучение. Даже в первые дни после масштабного вторжения студенты занимались, делится второкурсник Саша Орлов.
Александр Орлов. Фото из архива Александра Орлова
“Конечно, нам преподаватели дали какое-то время, чтобы мы могли переехать в более безопасные места, но учиться продолжили онлайн, как и прежде”, – рассказывает парень.
Он дополняет: из Донецкой области уехали почти все студенты УИПА. Сам Александр эвакуировался из Константиновки в Днепропетровскую область.
“Иногда выключают свет, я тогда с телефона могу присоединяться к встречам в Google Meet. Остальные задачи можно делать в любое время. Как в период карантина, так и сейчас, во время полномасштабной войны, у нас дистанционное обучение”, – говорит Александр.
В этом вузе тоже пользуются платформой Moodle. Кроме того, здесь ввели так называемый асинхронный режим обучения.
Анна Михальченко. Фото из архива Анны Михальченко
“Студенты могут работать в любом удобном для себя формате. Это сейчас очень актуально, потому что и свет выключают у всех по разным графикам, и некоторые студенты находятся в других странах. То есть и получать, и отправлять работы студенты могут в удобное время. Сочетают с работой и другими делами. У них есть возможность подключиться к занятиям не во время пар, а когда они могут — в 19, 20”, — говорит заместитель руководителя института Анна Михальченко.
Занятия онлайн. Фото: Telegram/ННППІ УІПА м. Бахмут
Некоторые студенты отчислились, однако, как отмечает руководитель института, таких немного. Это сделали по материальным причинам. В институте призывают студентов участвовать в программе Scholarship. Главный приз – стипендия на оплату года обучения в украинском вузе.
“У нас много студентов из Бахмута или других населенных пунктов, сильно пострадавших от обстрелов. Некоторые из них потеряли дом. Поэтому некоторые студенты, которые учились на контрактной основе, были вынуждены пойти в академотпуска, потому что не имели возможности платить за обучение. Но в целом сейчас у нас учится примерно столько же студентов, сколько было раньше. На коммерческую форму также вступило немало людей, потому что у нас цены меньше, чем, например, в Киеве или Днепре.”, — говорит Анна Михальченко.
Вступительная кампания в этом году проходила в сложных условиях, признается заместитель руководителя вуза. Если раньше абитуриентов приглашали посетить учебные корпуса и лаборатории, то в этом году Дня открытых дверей не было. Новых студентов набирали исключительно онлайн. Во времена пандемии такого не было – это сделали впервые. Все необходимые процедуры делали через электронный кабинет.
“Каждый абитуриент имел возможность открыть свой электронный кабинет поступающего и подать там документы. Если человек планирует учиться на коммерческой основе, то можно было подать лишь мотивационное письмо, где абитуриент объяснял, почему он решил поступить в наше учебное заведение, почему выбирает ту или иную специальность. Мотивационное письмо нужно было скачать вместе с документами, и это уже было вариантом вступления. Это ноу-хау в этом году, такого раньше не было”, — говорит заместитель руководителя института.
Онлайн-кабинет абитуриента Украинской инженерно-педагогической академии. Фото: uipa.edu.ua
Для некоторых специальностей потребовался профессиональный экзамен – его сдавали онлайн через Moodle. Система предусматривает аудио- и видеофиксацию, на экзамен дается определенное время. С таким контролем абитуриенты не могли списать или воспользоваться чьими-либо подсказками.
“По отдельным специальностям нужно было сдавать, например, внутренний профессиональный экзамен. Если раньше абитуриенты сдавали независимое тестирование, то в этом году часть абитуриентов могли сдавать внутренний экзамен.”, – рассказывает Анна Михальченко.
Как и в ГИИЯ, на магистерский уровень здесь в этом году студентов набирали по упрощенной процедуре.
“Абитуриенты могли поступать, используя свой диплом специалиста или магистра по другой специальности. Это такой дополнительный бонус для некоторых специальностей, для которых раньше необходимо было сдавать иностранный язык. В этом году экзамена не было”, — говорит Анна Михальченко.
Несмотря на все проблемы институт живет и работает обычной жизнью, уверяет администрация. Так, например, в этом году здесь также смогли провести ежегодную конференцию, но впервые сделали это именно онлайн.
Также в институте продолжают работать внеучебные секции, а студенты собираются поддержать друг друга.
“Мы начали встречаться в Google Meet на нулевых парах. Присоединяются студенты со всех курсов, мы обсуждаем новости в стране и проблемы студентов, например, если кто-то не сможет подключиться на парах. Также недавно у нас были онлайн-турниры по шахматам и акробатике. Участники заходили в Google Meet, включали камеры и показывали дома акробатические упражнения. А потом судьи подсчитывали баллы участников”, – говорит второкурсник УИПА Александр Орлов.
*
*
*
Этот текст – третий из серии материалов об образовании Бахмута во время полномасштабной войны. Первые два материала нашего спецпроекта читайте по этим ссылкам:
Без учебников и уцелевших школ: как во время открытой войны учатся бахмутские дети
Технари, спортсмены, медики. Как профессиональные колледжи Бахмута учат студентов в эвакуации