image

Как пророссийские СМИ лгут о Донбассе (интервью с журналисткой, которая анализирует фейки)


Какие темы вокруг Донбасса наиболее обсуждаемы на манипулятивных сайтах? На чем строятся фейки? Какую цель они преследуют? Как отличить правду от манипуляции? Об этом мы расспросили руководительницу проекта по мониторингу дезинформации в СМИ издания “Тексты” Надежду Романенко.

 

Как давно Вы освещаете информационную войну, которую ведут российские СМИ против Украины и Донбасса в частности?

Мы начали заниматься темой дезинформации из социальных сетей, когда “Укринформ” разоблачил подготовку так называемого “третьего Майдана” и конкретную персону, которая была довольно влиятельной. Оказалось, что ее аккаунт администрировался из Подмосковья, это был бывший боевик “ЛДНР” Степан Мазур (это ненастоящее имя). Мы опубликовали это в проекте “Троллесфера” в 2016 году и тогда заметили, что очень много материалов и групп, связанных с этим персонажем, ссылались на неизвестные широкой публике сайты – “сливные бачки”. С тех пор мы начали работать в этом направлении. У нас был проект “У нас плохие новости” в 2018 году, до этого работа велась почти год. Сейчас, начиная с мая 2019 года, мы публикуем регулярные обзоры дезинформации, а именно какой контент публикуют на различных группах сайтов, в том числе и манипулятивных. Хотя для референса мы берем материалы на мейнстримных сайтах, чтобы понимать, эта тема распространена только на “сливных бачках” и сайтах ОРДЛО, или она вообще присутствует в инфопространстве и там находит другие отражения.

Что вдохновило Вас развивать проект?

После “Троллесферы” вдохновило именно то, что этих сайтов очень много, мы о них ничего не знаем. То есть, оказывается, есть такой слой интернета, который не принадлежит ни к сайтам “русской весны”, ни к мейнстриму, но очень много людей узнают информацию из соцсетей, с тех самых агрегаторов новостей, где мы не смотрим на источник. Количество таких сайтов, информационная загрязненность среды дали нам стимул. Первая задача, которая у нас была – это оценить этот масштаб. Например, по состоянию на 2018 год эти манипулятивные сайты, которые мы нашли (их тогда было 80), имели суммарную аудиторию 50 миллионов. Это больше, чем полтора СМИ всеукраинского масштаба – “Обозреватель” и “Сегодня”.

Затем, после того, как мы обнаружили кто это, следующим вопросом было: “А что они продвигают? Для чего их используют? ” Я не говорю, что это одна большая централизованная машина, но есть отдельные группы сайтов, которые исповедуют одну повестку дня, используют схожие заголовки. Например, кто-то регулярно публикует “джинсу” (скрытую рекламу под видом авторского материала, – ред.) на Медведчука. Соответственно, возникла следующая задача: узнать, в чьих интересах они играют и как они задействуются в информационной войне, то есть, продвигают русскую дезинформацию. На этот вопрос мы и отвечаем в наших мониторингах дезинформации.

Как пророссийские СМИ лгут о Донбассе (интервью с журналисткой, которая анализирует фейки)

Как трудно находить фейки для еженедельных подборок?

Сейчас мы находим их на манипулятивных сайтах с помощью классификатора манипуляций. Это алгоритм, который мы разработали и поддерживаем. Он берет на вход текст и выдает на выходе вероятность того, что материал содержит определенные манипуляции. Это может быть ошибочная аргументация, то есть, там нарушены причинно-следственные связи, или использованы апелляции к ненадежным экспертам, к общеизвестному, эмоциям и т.д., или эмоциональные манипуляции – язык, который не информирует, а вызывает определенное отношение. Еженедельно у нас таких материалов 3-4 тысячи. Конечно, сами, своими руками, мы бы их не нашли. Натренировав алгоритм, мы можем этот процесс значительно упростить. Также мы используем машинное обучение, чтобы разбивать эти материалы на темы и получить условно 50 групп определенных материалов. Затем мы определяем тему каждой выборки и что там читали. Благодаря машинному обучению и тем наработкам, которые у нас были до того, мы сейчас можем анализировать около 10 тысяч материалов в неделю. Сейчас мы еще расширились на региональные сайты, будем проверять еще больше материалов.

Как работает этот алгоритм?

Это классическое машинное обучение, машинная классификация. Алгоритм, который ищет манипуляции – это нейронная сеть, которая берет на вход последовательность слов, пунктуацию и тому подобное. Тренировался он следующим образом: мы попросили редакторов лент новостей из изданий, которым доверяем, разметить несколько тысяч материалов на предмет того, содержат ли они определенные манипуляции. Разметка – это текст, к которому идет ряд вопросов: “Эмоциональна ли эта статья? – Да/Нет”. “Содержит ли она ложную аргументацию? – Да/Нет”. “Есть ли здесь признак конспирологии? – Да/Нет”. И потом алгоритм видит текст, пытается предсказать есть ли там манипуляции, сверяется с разметкой, которая поступила от компетентного человека и учится давать предсказания уже на новых материалах. То есть, он как бы абсорбирует знания тех, кто размечал данные и переносит их туда, где рука человека еще не определяла, правда это или манипуляция. Конечно, это не дает полной точности. Например, около 7% материалов у нас определяются неправильно положительно, и мы работаем, чтобы эту цифру уменьшить. Вообще, в плане ошибок наша политика такова, что лучше мы будем пропускать манипуляции, чем маркировать неманипулятивные материалы как манипулятивные.

Как пророссийские СМИ лгут о Донбассе (интервью с журналисткой, которая анализирует фейки)

Сколько изданий и статей вы в среднем исследуете, чтобы собрать информацию?

Перед обновлением с региональными сайтами у нас было около 50-60 российских изданий, ориентированных на украинскую тематику. Проще говоря, это сайты “русвесны” или издания с оккупированных территорий, которые не являются украинскими – это видно по лексике, по тематике. Обычно они являются источниками классических фейков об “украинских карателях”. Также мы исследуем около 100 манипулятивных украинских сайтов – “сливных бачков”, где может быть почти все: перепечатки из нормальных сайтов, “джинса”, российская дезинформация, блоги, перепечатанные как новости, что не является нормальным. Также анализируем известные пророссийские сайты – “Страна”, “Вести” и другие. Кроме того, мы исследуем примерно 18 украинских мейнстримных изданий, чтобы свериться, распространено ли это вообще в нормальном инфопространстве, и чуть более 10 российских изданий, чтобы посмотреть, какие темы всплывают.

К местным выборам мы добавили 170 региональных сайтов, чтобы смотреть, что пишут и там. Пока мы не будем искать там манипуляций, так как региональные сайты – это отдельный жанр новостей.

Были ли такие ситуации, когда наши медиа с проукраинской позицией вбрасывали фейк?

Есть топ рейтинга ИМИ (Института массовой информации, – ред.) – “Укринформ”, “Радио Свобода”, “Украинская Правда”, “Громадське”. Там фейки – это очень большая редкость. Бывают противоречивые материалы, но они часто попадают в инфопространство именно потому, что это большая редкость. Например, были противоречия по материалу “Громадського” о Шарие, когда он удивился, что русский язык убрали из украинских Макдональдсов, а его там и не было. Но это единичные случаи, и мы считаем, это не то, что нужно находить машинным обучением, тем более, когда на кону репутация хорошего издания. Также было, когда сайт “Нового Времени” взломали и обычный материал заменили на фейк о “пьяных и ленивых” в адрес украинских военных от американского подполковника. Сначала появился пост на поддельном блоге, потом мы нашли такую публикацию на маленьком сайте, приближенном к “сливным бачкам”, а потом уже взломали украинский сайт и разместили это там. “Новое Время” это обнаружили, сказали, что их взломали. Соответственно, это нельзя расценивать как фейк, просто сайт подвергся кибератаке.

Если говорить о сайтах, немного меньших по стандартам – “Обозреватель”, “РБК” и т.п. – то там случается “джинса”, а иногда могут быть материалы из ненадежных источников, в частности, Telegram-каналов, которые часто размещают ради кликбейтов. Например, “Все украинцы будут платить налог при переводе на карту, сообщает чей-то Telegram-канал”. А потом новость может быть оставлена такой же, а внизу добавляется приписка: “Мы обнаружили, что информация недостоверна”. Человек может и не дочитать до этой приписки, потому что люди часто не читают дальше заголовка и лида (информации, которая следует сразу после заголовка, – ред.).

Как пророссийские СМИ лгут о Донбассе (интервью с журналисткой, которая анализирует фейки)

Сколько журналистов работают над проектом?

К проекту была привлечена большая часть “Текстов”, а постоянно в нем работают трое аналитиков. Если выдается продукт, то над ним еще работает дизайнер, также в проектах задействован редактор. Коллеги тоже подают идеи.

Можно ли проследить, как меняется тактика ведения инфовойны?

Если брать глобально с начала войны, то можно сказать, что дезинформация стала менее откровенной. Очень быстро стало понятно, что фейки о “распятых мальчиках” и “карателях” остаются на сегменте сайтов ОРДЛО. В то же время активно продвигается и в “джинсовых” материалах, и в блогах тема прекращения войны любой ценой. Это подыгрывание к органическим внутренним настроениям недоверия к политическому классу в целом. Мол, война продолжается, поэтому наши политики на ней как-то наживаются. Это все находит отклик в украинцах, потому что по довольно объективным причинам мы не очень доверяем властям, так исторически сложилось, и власти часто этого заслуживают. Но в случае освещения войны это часто используется против Украины и украинцев. Якобы война не заканчивается, потому что, например, Зеленского контролируют националисты, а он их боится и не хочет пойти на уступки и “просто перестать стрелять”. Это дезинформация, потому что мы хорошо знаем почему у нас война – потому что на нас напали, а потому в одностороннем порядке ее прекратить невозможно.

Какие сейчас наиболее распространенные фейки о Донбассе?

В категории сайтов ОРДЛО очень мало изменилось, опять-таки, это обстрелы, нежелание Украины идти к миру – там все довольно стабильно. В мейнстримном инфопространстве это преимущественно спекуляции на тему мирного процесса. Националисты до сих пор держатся в тренде, и плюс с 2019 года активизировался нарратив внешнего управления. Якобы это выгодно Штатам, Европе или еще кому-то.

В целом дезинформация о войне довольно стабильная тема именно потому, что там есть ограниченный круг авторов, работающих на пророссийские украинские медиа или же на российские или подконтрольные Кремлю. Стоит отметить, что тема войны очень редко привлекает манипуляции и дезинформацию на украинских “мусорных” сайтах. Для них это, как правило, табу, разве что речь идет о “джинсе” в пользу пророссийских сил или чьем-то перепечатанном мнении. Это важный вопрос, по которому есть консенсус.

Как пророссийские СМИ лгут о Донбассе (интервью с журналисткой, которая анализирует фейки)

Что сейчас пишут о перемирии на востоке?

Его объявили недавно, поэтому пока что фейков не слишком много. По предварительному мониторингу мы увидели, что большинство из них идет с российской стороны, они обвиняют украинских военных в его нарушении. Также пишут, что в Украине ненастоящее перемирие, потому что его много раз нарушили со стороны России.

Вообще это как раз тот случай, когда мы сами путаемся, есть ли здесь дезинформация. Зеленского обвиняют в том, что он слаб и все сдал. Но пока перемирие продолжается и пока не видно, какой идет ответ, мы не можем точно сказать правда ли это. Хотя эти опасения высказываются во многих мейнстримных СМИ и они являются обоснованными касательно того, “как можно не отвечать на обстрелы”. Мы не считаем, что это дезинформация, но иногда такая реакция на украинских манипулятивных сайтах сильно преувеличивается вплоть до “надо судить за государственную измену”. Мы не можем утверждать, что это именно русская дезинформация, но она направлена на раскол общества, а любые полярные реакции выгодны Кремлю.

В одном из материалов речь идет об использовании украинскими военными специального “бесшумного оружия”, чтобы их не заметили мониторы ОБСЕ. Это подтверждают представители несуществующей “стороны СЦКК от ДНР”. Такое оружие вообще существует?

Если это было написано на сайтах ОРДЛО, я думаю, что такого оружия не существует. Хотя, например, нож – это относительно бесшумное оружие. Мне кажется, это какое-то военное недопонимание. Есть виды оружия, которые не вызывают шума и это логично, но не слышала, чтобы оружие делили на шумное и бесшумное.

Интересно, что на этих сайтах ОБСЕ стараются не затрагивать. Как правило, если ОБСЕ чего-то не замечает, а им надо как-то объяснить расхождение между своими так называемыми “сводками” и отчетами наблюдателей, то они пишут, что страшные украинские военные обманывают ОБСЕ. Наверное, для них это все же авторитет.

Как манипулируют на теме выборов в ОРДЛО?

Пока что явного и широкого интереса провести выборы мы не замечали. Но в целом на манипулятивных сайтах есть отдельная большая тема о том, как плохо жить в Украине, частично это касается и местных выборов. Конкретного пласта материалов о том, что в них надо провести выборы, нет. Сайты, которые контролируются боевиками, не выглядят сильно заинтересованными в том, чтобы провести выборы. Скорее, они наоборот будут говорить: “Мы не вернемся в Украину никогда-никогда”.

Как искажают информацию о Минском процессе?

Преимущественно это позиция пророссийских сил, таких как Медведчук, и того, о чем пишут на сайтах, контролируемых Россией. Это то, что у Минского процесса нет альтернатив. Ранее такие высказывания очень часто звучали и в Украине, но все меняется и пересматривается. Чаще всего о Минском процессе вспоминают, когда пишут о перемирии, переговорах и обстрелах.

Как пророссийские СМИ лгут о Донбассе (интервью с журналисткой, которая анализирует фейки)

Какие люди чаще всего фигурируют в фейковых материалах?

Это главари боевиков, в частности, посредник “министра обороны” Басурин, который регулярно дает так называемые “сведения”. Для таких сайтов он является авторитетом для цитирования. Если брать украинскую сторону, это во многих отношениях Медведчук. Во-первых, он до сих пор пытается делать вид, что у него очень большая роль в переговорном процессе. Во-вторых, он продвигает много месседжей о “перестать стрелять” или воде в Крым. Если брать более тонкие материалы о том, что Украина неэффективна в переговорном процессе, это может звучать не только из уст представителей ОПЗЖ, но и очень широкого круга политиков-популистов. В частности, яркой фигурой является тот же Пальчевский, который регулярно критикует президента за все, а сейчас переключился на местный уровень. Он активно публиковал материалы с признаками заказа. Также часто фигурирует ряд псевдоэкспертов-комментаторов, которые в основном работают на одну из политических сил. Если смотреть на то, чьи тезисы они продвигают в своих материалах и в чьих интересах говорят, то это, как правило, ОПЗЖ. Можно взять список спикеров 112 канала и увидеть их там. Также в “Текстах” есть база псевдоэкспертов, псевдосоциологов, где много подобных персоналий. Ну и, опять-таки, это популярные сетевые пророссийские персонажи – Портнов и Шарий. 

Какой фейк вас поразил больше всего?

Если говорить о сложности, то это, скорее всего, как раз тот фейк о “пьяных и ленивых”, когда взломали “Новое Время”, а некоторые издания это перепечатали. Как правило, запоминаются отдельные фразы. Более поражают не сами фейки как откровенная ложь и вымысел, а то, как искажаются события, как на основе какого-то достоверного факта (или вообще без фактов) можно построить мнение и вывернуть интерпретацию в совершенно другую сторону.

В последнее время российские власти, а с ними и СМИ, намеренно говорят “на Украине” и “в Донбассе”. Что скрывает такой нарратив?

По версии россиян – “А какая разница”. Некий российский оппозиционный политик в своем профиле в LiveJournal публиковал исследования, они взяли корпус официальных российских документов и смотрели, когда писали “в”, а когда “на”. Оказалось, что такой “лингвистический переход” произошел в районе 2005 года, после Оранжевой революции. Это похоже на правду, хотя я не могу отвечать за достоверность этих данных.

По правилам русского языка “на” касается какой-то территории, а “в” – какой-то суверенной единицы. Это вполне ложится в канву российской политики в отношении Украины и того, что Донбасс якобы какой-то особенно самостоятельный. Они видят, что у него свое отдельное будущее и своя отдельная территориальная субъектность.

“На Украине” и “в Донбассе” – это такие вещи, которые мы тоже регулярно замечаем. Это откровенный маркер, что пишет сайт, который явно контролируется из России. Украинским авторам, даже пророссийским, которые живут в украинском языковом культурном контексте, это совершенно не свойственно. Иногда в материалах, которые якобы проукраинские, но раздувают внутренние противоречия, попадается фраза “на Украине”. То есть, у них это уже машинально проскакивает. Сразу становится понятно, кто этот материал написал и с какой целью.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться публикацией

Настоящая публикация создана при поддержке Европейского Фонда за Демократию (EED). Содержание публикации не обязательно отражает мнение EED и является предметом исключительной ответственности авторов


Спонсор

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: