Зробити резюме статті: (ChatGPT)
Поддержите Вильне Радио
Генерал вермахта Максимилиан Фреттер-Пико командовал 97-й лёгкой пехотной дивизией, которая в 1941 году наступала на востоке Украины и вела бои за тогдашний Артемовск, ныне Бахмут. Когда армия захватчиков дошла до города, выяснилось, что у неё нет численного преимущества над силами обороны. Но генерал прибег к тактике отвлечения внимания, что позволило нацистам после двух дней боёв оккупировать город.
В годовщину этого события рассказываем, как всё происходило, по воспоминаниям самого генерала.
Рассказ немецкого генерала артиллерии Максимилиана Фреттер-Пико о боях в Бахмуте журналисты Вильного Радио прочитали в книге «Немецкая пехота. Стратегические ошибки вермахта. Пехотные дивизии в войне против Советского Союза. 1941–1944».
В ней генерал рассказывает о боевом опыте немецких пехотных дивизий на Восточном фронте в годы Второй мировой войны.
С 19 апреля по 27 декабря 1941 года он командовал 97-й лёгкой пехотной дивизией, которая входила в состав 55-го армейского корпуса генерала Эрвина Фирова в составе группы армий «Юг». Командуя 97-й лёгкой пехотной дивизией вермахта, Максимилиан Фреттер-Пико захватил Бахмут (тогда ещё Артемовск).
Полную версию книги можно купить в украинских книжных магазинах. В 2026 году её издало украинское издательство «ЦЕРЕМ».
Наша редакция не поддерживает тоталитарные режимы и решительно осуждает национал-социалистический (нацистский), коммунистический и любые другие тоталитарные режимы, а также нарушение равенства граждан по признакам расы, национального или регионального происхождения, религиозных убеждений, инвалидности и т. д.
Немецкий генерал описывает, что положение в войсках вермахта накануне боев за Артемовск было непростым. Несмотря на то, что нацисты наступали, генерал признавал: Красная армия имела численное превосходство.
Кроме того, в середине октября 1941 года погода ухудшилась, что ещё больше затруднило наступление нацистов.
«Сильные, продолжительные дожди размывали землю настолько, что маршрут передвижения (шоссейных дорог не было) состоял из сильно разбитых, грязных, липких дорог», — пишет Максимилиан Фреттер-Пико.
По дорогам, превратившимся в сплошную грязь, войска вермахта продвигались медленно, а снабжение задерживалось или вообще прекращалось. Весь транспорт 97-й дивизии, состоявший преимущественно из парижских развозных автомобилей, не мог преодолеть такие дороги. Генерал просил предоставить дивизии тягачи, однако высшее командование вермахта отклонило его просьбу.
Впрочем, за несколько месяцев до этого нацисты захватили на оккупированных территориях Украины немало лошадей и повозок. Их распределили между частями дивизии, что позволило солдатам продолжать продвижение даже в плохую погоду.
Разведчиков, которые шли впереди, пересадили на лошадей. Точно так же вместо велосипедов и мотоциклов лошадей начали использовать армейские курьеры.
«Удивительной оказалась тяговая сила наших лошадей, которые выдерживали большую нагрузку даже при скудном зерновом корме», — пишет генерал.
Главным препятствием во время движения дивизии Максимилиан называет степные балки, которые приходилось пересекать по узким тропинкам. Иногда техника нацистов днями стояла перед балкой, ведь не могла пересечь её без тягачей.
Оружие и боеприпасы приходилось накрывать и защищать от дождя.
«Советские войска воспользовались сложными погодными условиями и бездорожьем, усиливая сопротивление. Они знали, что бездорожье не позволит проводить достаточно масштабные тактические маневры. Поэтому войска могли вести бои только вдоль путей продвижения, которые часто были разъезжены в ширину на 50—100 м», — вспоминает генерал.
Тележки солдат вермахта постоянно застревали, а грязь, словно клей, налипала на лопаты, которыми пытались их откопать. Захватывать новые трофеи не удавалось.
«Немецкие войска обнаружили, что все переправы, мосты, дорожные сооружения, промышленные предприятия, бункеры с зерном, колхозные постройки, заполненные скотом и птицей, были разрушены и уничтожены. Справа и слева от колонны валялись трупы животных, погибших во время отступления. Даже значительная часть населения из сел была эвакуирована на восток из-за уничтожения жилья и запасов. Советские войска боролись за выигрыш времени и придерживались своей традиционной тактики «выжженной земли» в собственной стране», — рассказывает Максимилиан Фреттер-Пико.
Несмотря на сложности, дивизия двигалась дальше и захватила Константиновку. В своих воспоминаниях генерал удивлялся, что на немецких картах этот населённый пункт обозначили как село, тогда как солдаты вермахта обнаружили густонаселённый город.
Двигаясь дальше на восток, дивизия с удивлением обнаружила дорогу с твёрдым покрытием — это была дорога на Артемовск.
Генерал описывает Бахмут как город, который располагался в котловине и занимал значительную площадь.
«Противник контролировал город и высоты и упорно их защищал. Согласно приказу, Артемовск нужно было взять как можно быстрее, чтобы венгерский «быстрый корпус» смог двинуться в сторону Ворошиловграда (речь идет о Луганске, который так назывался с 1935 по 1957 год, — ред.) для захвата переправы через реку Донец», — объясняет генерал.
Бахмут тогда защищала от нацистов 15-я дивизия Красной армии. Командование требовало как можно быстрее захватить город, чтобы советские солдаты не успели его уничтожить.
«Четко слышалось, как советские войска взрывали все жизненно важные сооружения и учреждения», — пишет Максимилиан Фреттер-Пико.
Чтобы оценить местность, по которой дивизия должна была наступать на город, генерал лично отправился на разведку. Уже на обратном пути он попал под обстрел советских войск. Как вспоминает генерал, выжить ему удалось только благодаря подчинённым, которые как раз в этот момент перешли во встречную атаку.
Но всё же вылазка оказалась успешной.
«Точная разведка местности и результаты боевой разведки показали, что фронтальное наступление слабыми силами моей дивизии против противника, хорошо подготовившегося к обороне, не гарантирует убедительного успеха или могло бы состояться только с очень большими потерями», — вспоминает Максимилиан.
Рассчитывать на поддержку артиллерии и авиации Люфтваффе во время штурма Бахмута командование не могло.
«Собственный артиллерийский дивизион, передвигавшийся на тягачах, находился на ремонте в Лозовой и не был готов к наступлению», — отмечает автор книги.
Бездорожье окончательно вывело из строя не только артиллерию, но и остальную технику. Застряли даже танки венгерского «быстрого корпуса», и генерал не знал, где именно. В воспоминаниях он признаётся: если бы Красная армия знала о реальном положении 97-й дивизии вермахта и перешла в контратаку, это могло бы закончиться для нацистов катастрофой.
Поэтому генерал и другие командующие решили прибегнуть к масштабной и рискованной операции.
Сначала лёгкая артиллерия, которая всё-таки добралась до позиций сквозь липкую грязь, начала обстреливать западный фланг обороны города. Под её прикрытием усиленная разведывательная группа одного из батальонов 207-го егерского полка продвигалась к городу и отвлекла на себя внимание красноармейцев. Основной результат зависел от действий других батальонов.
«В это время пять батальонов из 204-го егерского полка, хорошо замаскированных благодаря камуфляжу, подготовились к атаке на город с севера и юга. Около полудня 1 ноября 1941 года в город ворвались штурмовые группы», — описывает Максимилиан.
Однако советские военные быстро оправились от атаки и бросили в бой резервы. Их, как отмечает немецкий генерал, разместили на фабриках, в школах и других больших зданиях. Оттуда защитники не только оказывали отчаянное сопротивление, но и переходили в контратаки.
«Каждый бой в здании сопровождался чрезвычайным напряжением сил наступающих подразделений. Огонь велся из-за каждого угла. Разведке потребовалось немало времени, чтобы определить местонахождение противника. Только после этого в бой вступали боевые группы», — описывает те события командующий дивизией.
Больше всего в городских боях нацистам помогли лёгкие полевые гаубицы — с их помощью артиллеристы вермахта уничтожали здания и многочисленные огневые точки в Бахмуте.
Впоследствии генерал понял, что советские командиры пытались выиграть в Бахмуте больше времени, чтобы дать возможность основным силам Красной армии отступить.
«Им это удалось из-за нехватки сил у немецкой стороны. Однако в результате неожиданного наступления с севера Артемовск был быстро захвачен с относительно незначительными потерями. Мосты через реку Бахмут оказались в руках немцев целыми и невредимыми. Русские, ошеломленные неожиданной атакой, так быстро отступали, что не успели их уничтожить», — пишет Максимилиан Фреттер-Пико.
Развить успех войскам вермахта не удалось, ведь без моторизованных частей, застрявших на бездорожье, они не могли преследовать и наносить удары по отступающим подразделениям Красной армии.
В ночь на 2 ноября 1941 года, около 4:30, генерал доложил: «Венгерский «скоростной корпус» может начать движение».
Отметим, что бахмутские историки считают датой захвата Бахмута нацистами 31 октября 1941 года. Впрочем, по этому вопросу есть разногласия. Например, как рассказал Вильному Радио заведующий отделом Бахмутского краеведческого музея Игорь Корнацкий, есть свидетельства того, что 1 ноября бои в восточных районах города ещё продолжались, хотя накануне нацисты уже вошли в Бахмут.
Впрочем, по неизвестным Максимилиану причинам этот корпус так и не прибыл, и его дивизии пришлось строить оборону Бахмута, чтобы не дать Красной армии отбить город.
«Этот город был интеллектуальным и экономическим центром Донбасса и имел большое значение как база снабжения для проведения дальнейших операций», — так описывает Бахмут в те годы командующий дивизией.
Чтобы не потерять контроль над городом, солдаты дивизии заняли ближайшие высоты на востоке и начали обустраивать их для обороны.
Ситуация для армии вермахта в городе оставалась без существенных изменений до 10 ноября 1941 года, когда начали дуть суровые восточные ветры. Из-за холода стало невозможно даже копать окопы, и нацисты обустраивали их, взрывая промерзшую землю взрывчаткой. В относительном комфорте находились только части дивизии, расположенные в домах города.
«Однако на позициях в пулемётах и другом стрелковом оружии на морозе смазка загустевала настолько, что возникала задержка при перезарядке», — пишет генерал.
Поэтому военные вермахта стали использовать для оружия подсолнечное масло, которое не повреждало металл.
Снабжение оставалось недостаточным, не хватало даже одежды.
«Участок железной дороги, ведущий в Артемовск, сильно пострадал от действий русских: они взрывали рельсы, уничтожали вокзалы и материальную часть», — объясняет Максимилиан.
В самом Бахмуте, добавляет он, довольно быстро стали замечать партизан, которые нападали на отдельных солдат.
«В этом случае назначение учителя, владевшего немецким языком, на должность бургомистра оказалось очень удачным, поскольку он очень энергично восстанавливал работу городской администрации», — отмечает командир.
Уцелевшие предприятия быстро удалось восстановить.
«В зернохранилищах длиной в сотни метров были достаточные запасы обмолоченного зерна. Множество бесхозных коров и коз поймали и за ними ухаживали», — рассказывает генерал.
Благодаря уцелевшим запасам и предприятиям Бахмут стал для нацистов центром снабжения своих войск. Максимилиан Фреттер-Пико признает, что захват города значительно улучшил положение его дивизии.
Красная армия не давала нацистам укрепиться и постоянно переходила в контратаки, пытаясь вернуть контроль над Бахмутом. Генерал вспоминает, как однажды ночью к тыловым позициям нацистов прорвалась целая конная дивизия.
«Эта дивизия, спешившись с лошадей, словно индейцы, отлично маскируясь, абсолютно бесшумно прошла через наши слабо укомплектованные линии обороны: человек за человеком, лошадь за лошадью. То, чего не смогли добиться танки, должны были внезапно сделать кавалеристы и лошади!» — удивлялся генерал.
Но несмотря на то, что прорыв удался, солдаты вермахта окружили конную дивизию и уничтожили большинство её бойцов, а лошадей забрали в качестве трофеев.
После этого нацисты, по утверждению Фреттер-Пико, отбили ещё несколько атак на Бахмут, и активные попытки контрнаступления прекратились. Набрав силы, командование дивизии получило приказ наступать дальше на восток сразу после окончания холодов, ведь артиллерия Красной армии продолжала обстреливать Бахмут, что затрудняло пребывание в нём нацистов.
Впрочем, автор книги уже не участвовал в этих боях. 31 декабря 1941 года генерал Максимилиан Фреттер-Пико получил приказ покинуть 97-ю дивизию и взял под командование 30-й армейский корпус, который оказался в критическом положении в Крыму.
Напомним, в Центре городской истории Центрально-Восточной Европы опубликовали фотографии Бахмута времен Второй мировой войны. Эти снимки нашла и передала в центр бахмутская краеведка Наталья Жукова.