«Вокруг меня оказываются люди, которые это принимают», «Большинство либо нейтрально относятся, либо поддерживают». Такую реакцию окружения на их сексуальные ориентации описывают боевой медик-лесбиянка и гей, ранее тоже служивший в ВСУ. Дмитрий Павлов из Краматорска годами не мог решиться на каминг-аут, а сделал это после тяжелого ранения на передовой. Анастасия Кобец сразу же открыто говорила о своей ориентации на службе. Но от родных сначала это скрывала, а признанием шокировала их.
Сегодня, 17 мая, в Международный день борьбы с гомофобией, трансфобией и бифобией, мы делимся их историями защиты страны и пути к принятию себя.
В гражданской жизни 26-летняя Анастасия Кобец работала медиком в родном Кривом Роге. Понимая, что эти навыки понадобятся на фронте, уже 24 февраля 2022 девушка стояла в очереди в местном ТЦК и СП. Раньше военных в семье Анастасии не было.
“Я не смогла бы уехать за границу или сидеть дома и просто наблюдать, что происходит. Поэтому я твердо для себя сразу решила, что здесь (на фронте, — ред.) я буду полезна, мои навыки нужны. Даже до полномасштабного вторжения хотела подписать контракт, но как-то не складывалось, работа была, работала в «ководном» отделении больницы. 24 февраля [2022] я пошла в военкомат, но там очередь была километровая. 2 марта решила пойти в территориальную оборону”, — делится защитница.
До последнего никто из родных Анастасии не знал о ее решении пойти на фронт. Сначала ее не поддерживали, но потом все же приняли ее выбор, вспоминает военнослужащая.
Анастасия служит младшим сержантом и фельдшером 129-й бригады теробороны в 237-м батальоне. Девушка уже побывала на Херсонском, Запорожском и Донецком направлениях.
Больше о том, что защитница пережила на службе и почему, по ее мнению, украинская армия пока не приспособлена к службе женщин, читайте по ссылке.
31-летний Дмитрий Павлов родом из Краматорска. Там мужчина работал мастером в цехе на Новокраматорском машиностроительном заводе. Присоединиться к ВСУ он не планировал.
“Меня мобилизовали. Я себе сказал, что добровольно я не пойду, потому что армия это не мое вообще. Я мог бы волонтерить, донатить, но именно армия — не мое. Но сказал себе, если вызовут в военкомат, то я приду, а там, как будет. И вот мне позвонили по телефону, сказали прийти в военкомат, и я пошел”, — рассказывает краматорчанин.
В 2022 году Дмитрий защищал Украину в рядах воинской части А7270.
“Мы были под Бахмутом, между ним и Часовым Яром. В те времена там еще было более-менее спокойно, но “прилеты” и бомбардировки уже постоянные были. Потом, где-то в конце мая, за два дня до своего 30-летия я получил ранение и 4 месяца находился на лечении”, — вспоминает собеседник.
Лесбиянкой Анастасия осознала себя еще в подростковом возрасте. Где-то до 20-летнего возраста, вспоминает медик, ее родители не знали об этом. Позже, несмотря на опасения, она открылась родным.
“Мама это восприняла просто “в штыки”, а мой отец сказал такую фразу, которую я до сих пор помню: “Ты больше не моя дочь”. Где-то месяцев пять мы вообще не общались, а потом, когда я познакомила их уже со своей девушкой Вероникой, понемногу это все начало налаживаться. Они полюбили ее, они приняли мою ориентацию. Отец даже извинился передо мной, я его простила. Вообще я ни разу не столкнулась с какой-то травлей или чем-то таким. Может, мне просто повезло, но вокруг меня оказываются люди, которые принимают это”, — говорит Анастасия.
Травли или чего-то подобного военная не встретила и во время службы.
“Как только пришла служить, я сразу рассказала о своей ориентации, это не было каким-то секретом. И с самого начала большинство просто не поверили. Думали, что просто не хочу, чтобы за мной кто-то ухаживал. Но потом многие видели мою девушку, и тогда они поняли, что это реальный факт и отреагировали нормально. Мне вообще очень повезло с коллективом”, — утверждает Анастасия.
Еще до того, как стать на защиту страны, Дмитрий чувствовал непонимание среди окружающих в Краматорске, даже когда только проявлял свою индивидуальность. Потому и открыто говорить о своей сексуальной ориентации не решался.
“У нас небольшой индустриальный городок, он весь на советском воспитании, и у людей такой же советский менталитет. Когда я приходил на работу с серьгой в ухе, мне сразу прямым текстом сказали: “Или ты ее снимаешь, или у тебя начинаются проблемы”. Я продолжал носить, это было очень сложно. Говорили, например, что «сегодня ты пришел с серьгой, а завтра придешь и скажешь, что спишь с мужчинами, нам такое не нравится». В результате мне из-за этого не хотели подписывать документы на повышение”, — вспоминает собеседник.
По его словам, нелегко было и на военной службе, ведь среди побратимов появились слухи о его ориентации.
“Некоторые ребята пытались подколоть, подстегнуть, задеть меня на эту тему. Но я к такому привык еще со времен школы, поэтому просто не обращал внимания. Я уже знаю, если ты не реагируешь, это все очень быстро прекращается. Могли говорить что-то вроде: «Ой что-то секса не хватает» — «Вот обратитесь к Дмитрию, он вам расскажет и поможет». Или: «Я боюсь с тобой в одной комнате оставаться или поворачиваться к тебе спиной», — делится Дмитрий.
Как он советует другим реагировать на подобную реакцию окружения, читайте в нашем материале.
В декабре 2022-го Дмитрия уволили с военной службы после ранения ноги. У него были разрывы нервов, поэтому ногу он не чувствует.
“4 месяца я провел в больнице в Виннице, нервы мне сшили в нейрохирургии. Врачи говорят, что мне нужно где-то 2 года на восстановление около 60-70% функционала ноги”, — отмечает бывший военный.
После ранения Дмитрий решил сделать каминг-аут — признаться и больше не скрывать свою сексуальную ориентацию. Это, добавляет он, стало новым этапом его жизни.
“Я понял, что на самом деле жизнь очень непредсказуема и может в любой момент закончиться. [После признания в своей ориентации] мне стало легче жить: наконец я перестал бояться себя и принял себя настоящим. Это как выход из шкафа. То есть, представьте себе, что вы закрылись в маленьком шкафу: вот ваш мирок, вы чувствуете себя в безопасности и комфорте в этом шкафу, да? А потом вы открываете дверь и можете полнее вдохнуть, увидеть какие-то яркие цвета. Вы чувствуете больше комфорта и свободы”, — говорит собеседник.
По его словам, вдохновиться на этот шаг ему помогли примеры других людей. Их истории он увидел на страницах в соцсети одной из общественных организаций, которая занимается проблемами ЛГБТИК-сообщества.
Для справки:ЛГБТИК+ сформировано из первых букв слов, обозначающих Lesbian (лесбиянок), Gay (геев), Bisexual (бисексуалов), Transgender (трансгендеров), Intersex (интерсексуалов), Queer (квиров). Это понятие постоянно обновляется и имеет отношение к гендеру и сексуальной идентичности, которая выходит за пределы гетеросексуальных или цисгендерных (то есть совпадающих с биологическим полом) норм.
“Это (каминг-аут, — ред.) очень индивидуально, нужно смотреть на окружающих, потому что они могут не воспринять, и это еще больше травмирует человека. Если ты понимаешь, что это принесет тебе много проблем, особенно на работе или в семье, нужно подумать. Следует смотреть на свое сознание, на страх. Иногда — да, надо преодолеть страх, и тогда станет легче в эмоциональном и психологическом плане. То есть, ты сбрасываешь с себя какую-то тяжесть, так что иногда это стоит сделать”, — говорит Дмитрий.
Украина только на пути к признанию прав для ЛГБТИК-сообщества. Но, по мнению боевого медика Анастасии, немаловажное значение в этом имеют сами ее представители. Поэтому она всегда ищет возможности освещать эту тему.
“Я в организации LGBT Military Ukraine. Когда у меня есть время, я, конечно, стараюсь всячески продвинуть тему прав представителей ЛГБТ-сообщества, потому что это важно. Особенно сейчас актуален вопрос гражданских партнерств. Вот, например, я сейчас служу, не дай Бог со мной что-нибудь произойдет, мою девушку просто могут не пустить в реанимацию. Это очень грустно, мы хотим таких же прав, которые есть у всех остальных. Именно за эти права мы и боремся”, — подчеркивает Анастасия.
Защитница считает: чтобы украинское общество избавилось от стереотипов относительно представителей ЛГБТИК-сообщества, стоит говорить об этом как можно больше.
“Украинцам не хватает понимания, у нас какой-то еще “совковый” (советский, — ред.) стереотип по этому поводу. Я бы очень хотела, чтобы это изменилось. Я рассказываю сейчас это и хочу, чтобы еще как можно больше людей все же, хоть и страшно, но открывались”, — делится Анастасия.
С ее мнением по поводу советских стереотипов в украинском обществе соглашается и Дмитрий.
“Я думаю, наше общество готово к изменениям [по отношению ко всем ориентациям] где-то на 60%. Мне, по крайней мере, хочется так считать, потому что из того общения, что у меня есть, большинство либо нейтрально относятся, либо поддерживают. Как мне кажется, именно табуируют эту тему около 40% населения. Младшее поколение это спокойнее воспринимает. Но ведь много людей старшего поколения, и надо или ждать, когда поколения изменятся, или самим уже менять сознание, чтобы люди отходили от «советщины» и понимали, что не все то, что они знали раньше, было правильным», — отмечает собеседник.
Отметим, Вильне радио общалось с героями нашего материала в январе и мае 2023 года.
Напомним, до полномасштабной войны мы брали интервью о правах гомосексуальных людей в Бахмуте и на востоке в целом. Нашим гостем был активный участник движения за права ЛГБТИК+ бахмутчанин Евгений, который в 2019 году провел первую в Бахмуте лекцию на эту тему.