Как попасть в инфекционное отделение с COVID-19. Разбираем на примере одной семьи (МОНОЛОГ)


image
Фото: Свободное радио

В середине октября сразу у трех родных Евгении Веселовской из Бахмута появились симптомы COVID-19. Мама с онкозаболеванием и пожилая бабушка чувствовали себя более или менее нормально, а вот папа оказался в инфекционном отделении. Женщина рассказала о своем опыте лечения сразу троих пожилых родственников во время пандемии.   

 

Далее приводим ее слова от первого лица. 

– Сначала заболела моя бабушка. Тогда мы еще не придали этому внимания. Но когда 19 октября заболел и 62-летний папа, уже было понятно, что это не просто простуда и не просто “всех протянуло”. У него исчезло обоняние. Это такой симптом, который трудно с чем-то спутать. 

Лечение амбулаторно

– Изолировать никого невозможно: в двухкомнатной квартире проживает бабушка, папа и мама с онкологией. Человеку все равно кто-то должен оказывать помощь, как можно его изолировать? Все равно общие санузел и кухня. И в домашних условиях нельзя все обработать досконально.      

Итак, сначала у него была невысокая температура, кашель. Действовали по инструкции: оставались дома, позвонили на контакт-центр, заказали консультацию врача (который перезванивает на следующий день и консультирует). Папин семейный доктор была на больничном. На 4-й день его болезни она вышла с больничного, пришла к ним домой (родители сделали вызов через контакт-центр) и назначила лечение: 2 антибиотика, другие препараты уже не назову. (За все время болезни ему меняли антибиотик уже раз пять, и в таблетках, и в уколах). Состояние его было стабильным.    

Маме казалось, что папа дышит нормально. Но когда я с ним разговаривала, то слышала его тяжелое дыхание. Врач пневмонию ухом не слышала, когда слушала его. Когда ему не хватало воздуха, мама открывала окно, давала папе гидазепам, чтобы он просто успокоился, потому что был напуган. Это постепенно помогло. 

Обследование

Врач сказала, что КТ легких (компьютерную томографию, – ред.) делать еще рановато, ее делают не сразу, а на какой-то там день. При этом ПЦР-тест не назначают без КТ. В нашем случае КТ бабушке сделали кажется на 11-12-й день болезни, а папе – на 8-й.    

диагностический центр Бахмута
Диагностический центр Бахмута, где делают КТ. Фото: Свободное радио

 

КТ поехали делать самостоятельно на своей машине в диагностический центр по ул. Мира. Туда попасть тоже проблематично: муж поехал туда в 7:00 часов и записался, а потом привез их на обследование. Чтобы сделать КТ бесплатно, надо долго ждать, поэтому мы вынуждены были делать за деньги – 750 грн с человека. Томография показала двустороннюю полисегментарную пневмонию и у папы, и у бабушки.     

Ухудшение состояния

После того как он сходил к врачу на прием, сдал кровь, съездил на КТ, с его результатами вернулся к врачу, отсидел определенную очередь – после всех этих “променадов” ему стало хуже. Температура начала подниматься под 40 С, и у него началась одышка. Тогда встал вопрос госпитализации, так как его состояние стремительно ухудшилось.  

Только на следующий день после КТ назначили ПЦР-тест, но папа уже был в таком состоянии, что не мог передвигаться даже по квартире. Начал “отъезжать”: не терял сознание, но и не реагировал. Мама обращается к нему, а ему уже настолько плохо, что он ни на что не реагирует. 

Скорая помощь

“Скорая” приезжала 2 раза (один раз приехали через 2 часа, второй – через полчаса), но не забирала, говорят: “Вы должны обратиться к семейному врачу, он будет звонить в Краматорск в “санавиацию”, которая уже даст нам распоряжение. Тогда мы его заберем и будем знать куда его конкретно везти”.  

Спрашивала их, может они могут сами его забрать и отвезти, ну вот если человеку так плохо… Мне телефону диспетчер сказала: “Мы его забрать можем, но нам дверь не откроют в отделении. Он недообследованный: у него есть КТ, а ПЦР не взяли”. Между небом и землей.       

мобильная бригада
Такие мобильные бригады берут дома у людей с симптомами коронавирусной болезни мазки из носоглотки для ПЛР-теста. Фото: Департамент здравоохранения Донецкой ОГА

 

Семейный доктор тоже звонила своему руководству, в Краматорск в эту “санавиацию”. Я так понимаю, Краматорск распределяет кого куда везти. Ни разу не было такого, чтобы семейный врач нам не ответила. Отвечала в рабочее время, нерабочее, сама перезванивала. Но она тоже не могла добиться госпитализации. 

Приходила медсестра из амбулатории сделать ему “быстрый тест”, он показал отрицательный результат (то есть человек не заражен коронавирусом, – ред.) Врачи на его результаты не смотрят – ни на “скорой”, ни в отделении. Зачем его вообще делают? Я думаю, семейный врач надеялась, что он окажется положительным, и это позволит госпитализировать папу. 

Медсестра измерила ему сатурацию, этот показатель был низким – 86 (при норме не менее 95, – ред.) Он задыхался. Сразу начали колоть дексаметазон, дали парацетамол. Вызываем “скорую”, они приехали, а он уже не так критичен. 

Вариант платного ПЦР-теста за 1 200 грн мы рассматривали – приходит девушка до 16:00 и берет мазок. Но если бы она пришла во вторник, он был бы готов в среду после 20:00. Нас этот срок не устраивал, я понимала, что у нас нет столько времени, и его надо было быстрее госпитализировать. Если бы это могло решить вопрос госпитализации, мы бы заплатили.   

Я нигде не столкнулась с равнодушием врачей, никто ни разу не бросил трубку, не сказал что вы надоели, все пытались помочь. Утро начиналось с того, что семейный врач звонила и спрашивала: “Что у вас там?” Но все мне везде говорили: “есть протокол”.  

И только когда у него взяли бесплатный государственный ПЦР-тест (результат которого надо ждать 2 недели), записали номер теста, только после этого семейный доктор смогла позвонить в Краматорск, и папу приехали госпитализировали. Это заняло почти двое суток, с вечера понедельника до второй половины среды. 

В инфекционном отделении

Сейчас папу лечат в инфекционном отделении бахмутской больницы, он не на ИВЛ, но под кислородом. Какие-то продукты передаем, но папа говорит, что кормят в отделении достаточно прилично. На вопрос «какие там условия?” ответил “простенько, но со вкусом”. В первые сутки он еще мог разговаривать, потом ему стало труднее, поэтому сейчас общаемся через “вайбер”. Я все время с ним на связи. Если какие-то препараты, которых нет, то покупаем самостоятельно. Я так понимаю, если мы не можем прийти, то санитарочка сходит, купит. Ничего не могу сказать, чтобы там кто-то что-то не делал. Я думаю, то, что персонал может делать, они делают по максимуму.   

инфекционное отделение бахмутская больница
Инфекционное отделение бахмутской многопрофильной больницы интенсивного лечения. Фото: Свободное радио

 

Когда мы лечились сами (амбулаторно, – ред.), все лекарства конечно покупали самостоятельно. Перед госпитализацией я ему купила лекарств на три с чем-то тысячи. Но эти препараты так и не понадобились, так как его все же удалось положить в больницу, и они начали лечить своим. Не думаю, что это “выброшенные деньги”. Неизвестно что дальше будет, может кому-то из нас они еще пригодятся… (хотя лучше бы их действительно выбросить…) Сумма немаленькая, но уже не в этом дело.

У отца начинаются панические атаки, боится задохнуться, поэтому мы купили немного успокоительных. Для сердечно-сосудистых какие-то шприцы покупали. Говорит, что людей много. Мне трудно сказать, хватает ли ему внимания медперсонала, но, думаю, там подход ко всем одинаковый, и какого-то выборочного отношения нет: всех одинаково быстро смотрят, потому что с каждым сильно не “рассюсюкаешься”. Говорит, в отделении лежат семьями. Вот и у нас заболела целая семья – три человека, которые жили вместе. 

Положительной динамики я пока не вижу, хотя лихорадки у него нет. Но по дыханию – он пока с кислородом. 

Кислород

В субботу к нему подошли, сказали, что кислорода в баллонах нет и до понедельника не будет. Были паника, страх, отчаяние: туда не придешь-не войдешь, и с лечащим доктором связи нет. И страшно, когда близкий тебе человек там начинает паниковать. Поэтому я звонила на правительственную линию.  

Как мне сказали потом, кислород в больнице был, и его папе дали. Почему сложилась такая ситуация, я не знаю. Потом мне звонил главный врач отделения, сказал, что был на месте, кислород тоже был, и он пытался выяснить кто папе сказал, что кислорода нет. Я так понимаю, все были там в защитных костюмах, поэтому узнать кого-то трудно. Может быть врач сказал кому-то перевести папу с маски на концентратор, а ему не объяснили что именно с ним будут делать. Мне трудно сказать что это было.

Как болеют остальные члены семьи

Между тем заболела и мама, она болеет бессимптомно. О том, что у нее тоже COVID-19, мы узнали после того как она сделала КТ по своему основному (онкологическому) заболеванию, которое показало “матовое стекло” (это означает пневмонию при COVID-19, они таким выражением описывают снимок КТ). Нас это не удивило, потому что она была в контакте с больным отцом… 

82-летняя бабушка же, смотря на все это, просто молчит и выполняет все указания и пьет много, прошла лечение, температура нормальная, делает дыхательную гимнастику – мне кажется, она стабилизировалась. 

   Что стоит изменить

Заболевший не может “оставаться дома и обращаться к семейному врачу”. Он/она все равно будет носиться везде: надо и на КТ, и на тест съездить. Мобильная бригада не ко всем приезжает: кто может сам туда прийти, сам идет. У диагностического центра, где делают КТ, стоят люди с положительными ПЦР-тестами (то есть, больные COVID-19 – ред.) Не у каждого есть своя машина, поэтому кто-то будет ехать на такси, кто-то на общественном транспорте… 

Но это не от врача зависит, это такая система, такие рекомендации даны.   

Еще тот момент, когда ты не можешь госпитализировать без ПЦР-теста, а тест не могут сделать быстро… Вы понимаете сколько наш семейный врач потратила времени, чтобы госпитализировать одного человека? За это время можно было проконсультировать еще кучу больных. Ее поставили в такие условия. Я не знаю сколько времени она просидела на телефоне, чтобы эту госпитализацию устроить. Вся эта поэтапность… – там надо подождать полдня, там, а в результате оно выливается вот в такое. 

Зачем они к этому ПЦР-тесту привязываются, когда такая четкая клиническая картина? 

Насколько я понимаю, когда в статистике говорят, что в отделении лежат столько-то людей с подозрением на COVID-19 – это те, у кого взяли мазок, но еще нет результата. Не понимаю, почему нельзя было папу госпитализировать и взять ПЦР-тест в том же инфекционном отделении. Я вчера (3 ноября, – ред.) спрашивала у нашего семейного врача, не пришел ли результат ПЦР-теста. Она сказала: “Вы сдавали 28-го октября, а еще нет результатов за 20-е”. Он уже ничего не решает, на лечение не влияет. 

Ни с кем ссориться в этой ситуации ты не можешь, просишь помощи и спрашиваешь совета: как лучше поступить или что-то ускорить. Не работает все то, что написано в рекомендациях МОЗ. Нужны какие-то четкие инструкции, которые будут работать в наших реалиях. 

Сегодня семейный врач сообщила, что ПЦР-тест у папы отрицательный, так же как и у мамы. А вот у бабушки положительный (результаты ПЦР-тестов мы получили через неделю). Папу перевели в терапевтическое отделение, кажется в “ковидную палату”. 

Мне кажется, если бы не эта система с протоколами, наши врачи сами сделали бы все намного эффективнее… 

МОЗ

Министр здравоохранения Максим Степанов во время брифингов говорит, что протокол лечения COVID-19 и госпитализации четко выписан.   

министр здравоохранения Максим Степанов
Министр здравоохранения Максим Степанов. Фото: МОЗ

 

Если температура выше 38 ℃ и есть хотя бы один из симптомов тяжелого течения острого респираторного заболевания (среди которых кашель, затрудненное дыхание, боль в грудной клетке, одышка в покое, цианоз, нарушение сознания, признаки дыхательной недостаточности, другие признаки, свидетельствующие о критическом состоянии пациента), врач сразу вызывает мобильную бригаду. Мобильная бригада должна взять мазок для дальнейшего ПЦР-исследования. Также, в зависимости от состояния больного и течения болезни, врач будет принимать дальнейшие решения о вызове экстренной медицинской помощи.

“Если есть показания, больного госпитализируют в определенные учреждения здравоохранения. В противном случае лечение происходит по месту нахождения пациента, то есть в амбулаторных условиях. Очень важный момент – не надо заниматься самолечением. Не надо бежать в аптеку и покупать дорогостоящие лекарства. Не надо искать в интернете и Google, как лечить коронавирусную болезнь. Это дело специалистов”, – сказал Максим Степанов.

Отметим, согласно приказу Минздрава от 27 октября должны госпитализировать людей с подозрением или подтвержденным коронавирусным заболеванием, которые имеют хотя бы один из признаков: частота дыхания менее 10 или более 30 в минуту, сатурация меньше или равна 92%, нарушение сознания, симптомы болезни средней тяжести у пациентов, имеющих тяжелую сопутствующую патологию.

Когда все 52 тыс койко-мест, предназначенных для лечения больных с симптомами COVID-19, будут заняты, в стране могут ввести протокол так называемой “медицинской сортировки”. То есть госпитализировать в первую очередь будут тех, кто имеет больше шансов на выживание. 

“На сегодня в Украине протоколы так называемой «медицинской сортировки” не введены. Его могут ввести только если будут заполнены все 100% коек для больных COVID-19. Однако мы готовимся к любому сценарию”, – отметил Максим Степанов.

Добавим, по бесплатному номеру 0-800-60-20-19 заработал всеукраинский контакт-центр Минздрава по вопросам COVID-19. Если у вас возникают вопросы по заболеванию, вы можете проконсультироваться со специалистами горячей линии.

Читайте также:

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Читайте нас в Telegram DONрегион
Подписывайтесь на наш Instagram Свободное радио

Если Вы прочитали данный материал до конца, надеемся, он был полезен для Вас

Мы очень ценим то, что Вы с нами!

Приглашаем Вас стать патроном Свободного радио и поддержать нашу редакцию.

Качественная независимая журналистика требует много усилий и ресурсов, и именно Вы можете помочь нам делать это честно и каждый день!

Ежемесячная поддержка
Помочь единоразово
Поделиться публикацией

Настоящая публикация создана при поддержке Европейского Фонда за Демократию (EED). Содержание публикации не обязательно отражает мнение EED и является предметом исключительной ответственности авторов


Спонсор

Последние новости

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: